Чем занимался человек на протяжении последних двадцати тысяч лет? Ответов на этот вопрос - тьма тьмущая, но - ежели вывести нечто общее - придётся признать, что человек только тем и занимался, что переходил из мира реальности в мир условности.

Продвигался он по этому пути впотьмах, медленно, ощупью, больно ударялся о разного рода затверделости, но упрямо стремился пройти весь путь до конца. Началось всё с того злосчастного момента, когда гоминид в саду райском заметил существование времени. С ужасом понял он, что время окружает его со всех сторон, время - вездесущее, необъяснимое, бесконечное и неназываемое. Время было богом. Ему человек подчинился со всеми потрохами своими, ему он решил посвятить разум и душу, ему он с тех пор приносил в жертву не только себя, не только любимых, но и весь мир, всё доступное ему пространство. А храм богу он пытался построить из подручных материалов. В пустыне, в тайге, в горах - везде шла самозабвенная возня по созданию механизмов, измерявших сиюминутность. Людям казалось, что внутри подобных устройств живет сам бог. Часы или храмы? Песочные, водяные, огневые, цветочные, луные, солнечные, масляные, механические, электронные, атомные... Зачем? Чтобы приручить время, чтобы вымолить у него бессмертие...

Первые часы не тикали. Хотя и создавались по образу и подобию биологических, встроенных в живые организмы самой природой. Биологические часы управляют всеми насущными процессами в жизни клеток. Клетка - самодостаточна, и колебания в ней ритмически поддерживаются, пока она жива.

Все организмы подчиняются биоритмам. А человек вполне мог бы, используя разум и волю, совершенствовать те часы, которые даны ему природой. Не измышлять нечто искусственное, а развивать природное. Но он предпочёл путь созидания условностей. Биоритмы продолжали работать. Им противодействовали искусственные механизмы - часы. Природа намекала, к примеру, что недурно бы вздремнуть, но часы были против, и человеку приходилось бодрствовать в жестокой борьбе с зевотой.

Первые часы были безмолвными и громоздкими. Таскать их на себе не представлялось возможным. Солнечные часы - самые близкие природным по принципу - являли собой по первости обелиск со ступеньками, по которым тень от светила сначала опускалась, потом поднималась. Такие часы существовали в Древнем Египте. Пользовались ими только их создатели - жрецы. Люди простых званий прислушивались к часам внутри тел, а также к природным снаружи - восходы, закаты Солнца, разливы Нила.  Вообще, тень - первая стрелка, отмерявшая часы, наверняка использовалась задолго до древнеегипетских жрецов. Просто от примитивных солнечных часов, конечно же, не осталось никаких следов. А вот обелиски сохранились.

Сохранились и древневавилонские полусферические солнечные часы. Ими халдейские маги отмеряли движение созвездий. Ведь астрология получила свою гипнотическую псевдонаучность именно в Древнем Вавилоне. Астрология - дама богатая. Вот почему столько умственных сил было брошено на построение самых условных схем - астрологических таблиц для предсказаний. И сколько бы тысячелетий ни миновало, всегда найдутся толпы поклонников у этой насквозь лживой госпожи. Уважать её следует лишь за то, что благодаря ей родилась астрономия - истинная наука о космосе, роднящая гоминидов с гуманоидами. В Древнем же Вавилоне вовсю ипользовались водяные часы - цилиндры, из которых медленно вытекала вода. К ним был приставлен специальный глашатай, несколько раз в день оповещавший сограждан о том, что вода снова вытекла.